Банки как операторы сделок, а не источник кредита

Раз эмиссия денег заменяет процентный кредит как способ финансирования развития, встаёт вопрос: какая роль остаётся у банков? Ответ требует сначала уточнить саму метафору денег в экономике.

Деньги — не кровь, а инсулин экономики

Деньги часто называют кровью экономики, но это неточное сравнение. Деньги — эквивалент вещественного продукта, единица измерения энергии, но не сама энергия. Более точная биологическая аналогия — инсулин: чтобы клетка усвоила глюкозу, нужен посредник-фермент, и сколько инсулина есть в организме, столько глюкозы фактически будет усвоено — даже если в крови самой глюкозы много. Если инсулина мало, клетки голодают при избытке глюкозы в крови.

В экономике роль инсулина играют деньги: они регулируют, сколько вещественного продукта фактически смогут потребить участники системы. Отсюда неожиданное следствие: когда современная рыночная экономика борется с инфляцией через сжатие денежной массы, она буквально устраивает голодание предприятиям — при том что физического продукта может быть достаточно. В предлагаемой модели работают три денежные единицы разной природы взаимодействия — Промышленный, Розничный и Бюджетный рубль, — и ни в одной из них нет места накоплению процента: эту функцию выполняют другие механизмы, разобранные в статье эмиссия без процента.

Иначе говоря: проблема сегодняшней борьбы с инфляцией не в самой идее регулировать денежную массу, а в том, что регулируется единый неструктурированный поток денег — вместо того чтобы иметь несколько специализированных контуров, как в организме несколько типов ферментов для разных веществ.

Три банковские системы и их общая роль

Модель предполагает три банковские системы, соответствующие трём денежным контурам: Промышленная банковская система с Промышленным рублём, Розничная банковская система с Розничным рублём и Бюджетная банковская система с Бюджетным розничным рублём — вторая и третья вместе образуют второй денежный контур. Их взаимодействие через курсовую разницу было разобрано в статье два контура денег.

Все банки, независимо от того, кого они обслуживают, участвуют в создании и распределении продукта, а не просто хранят и одалживают деньги. Чтобы претендовать на свою долю продукта, банк должен оказать услугу — а кредит с процентом, строго говоря, не услуга, а паразитирование на теле организма, приводящее к росту нефункциональных тканей — финансовых пузырей, разобранных в статье эмиссия без процента. В предлагаемой модели деньги выделяются под проект без процента, а банкам отводится роль оператора сделки и посредника — аналог эндокринной системы, вырабатывающей ферменты, включая инсулин.

Как работает финансирование проекта без процента

Схема выглядит так: предприниматель приносит проект развития в банк своей отрасли — банки специализированы по видам деятельности внутри Производящей или Распределительной системы. Будучи посредниками множества сделок, банки естественным образом накапливают большие массивы данных по своему направлению и становятся экспертами предлагаемых проектов.

Дальше проект оценивает Генеральный штаб экономики — орган, отвечающий за стратегию её развития, — и одобряет или отклоняет его. Если проект одобрен, банк обращается в Центробанк, который играет роль ключа к стратегическим запасам и эмиссии денег, и перенаправляет выделенные средства нужному юридическому лицу. Банк ведёт проект до момента возврата денег, получая вознаграждение не в виде процента, а в виде комиссии с банковских переводов по проекту — а поскольку успешный бизнес после расширения делает больше переводов, вознаграждение банка растёт вместе с реальным успехом клиента, а не с долговой нагрузкой на него. Если проект проваливается, это снижает рейтинг банка и его будущий доступ к эмиссионным деньгам — банк выступает экспертом, агентом и партнёром, тесно связанным с результатом деятельности клиента, а не отстранённым кредитором.

Почему иностранным банкам нет места в Розничном контуре

В предлагаемой модели иностранным банкам просто нет места в Розничной банковской системе. Во-первых, в Распределительной системе иностранный банк занимался бы перераспределением произведённого российской Производящей системой продукта в свою пользу — то есть вёл бы себя как Антисистема, откачивающая энергию из экономики России, ровно тот случай, что уже разбирался в статье внешняя торговля применительно к удалённой работе на зарубежные компании. Во-вторых, Распределительная система принадлежит второму денежному контуру, который по построению не взаимодействует с иностранной валютой напрямую.

Участие иностранного банка в Промышленной банковской системе возможно, но только в случаях создания критически важных для России технологий, производств и компетенций — той же логике, что определяет допуск иностранных инвестиций в целом. Во всех остальных случаях наращивание производственного потенциала идёт за счёт собственной эмиссии и стратегических запасов государства. Особое внимание нужно уделять именно производственным мощностям, генерирующим продукт, — основным фондам Производящей системы, — потому что это самый ценный актив с точки зрения энергетической независимости государства.

Итог статьи: банки в предлагаемой модели — операторы сделок, эксперты отраслей и посредники в целевом распределении эмиссионных денег, а не источник процентного кредита. Их вознаграждение зависит от объёма и успеха проведённых сделок, а не от долговой нагрузки на заёмщика. Дальше, в статье фондовый рынок и курс, рассмотрим, как в эту логику вписывается фондовый рынок и определение курса национальной валюты.